Дракон был рад снова увидеть мальчика и от радости зашипел — да так громко, что окружавшие его зеваки в страхе разбежались.
Мальчик, конечно же, не убежал. И дракон, загрустив, стал рассказывать мальчику о своей беде.
— Я больше не я. Я не знаю, кто я, — признался он, и из его глаз, когда-то блестящих, а теперь тусклых и бесцветных, выкатилась крупная слеза. — Ты заставил меня задуматься над тем, как я себя веду. Я ведь не злой. И не хочу быть плохим. Но раньше я вел себя как злодей, и все знали, кто я такой. Люди боялись меня. Моей силы, моего огня, моего голоса. Они держались от меня подальше. И они уважали меня. А теперь…
В голосе дракона мальчик уловил тоску.
— А теперь?
— Стыдно признаться… На днях ко мне осмелился подойти даже ребенок! Как добрый дракон, я и когтем не пошевелил, так он дернул меня за хвост. А еще один пытался засунуть пальцы мне в ноздри, из которых бьет пламя. Были еще такие, что хватали и тянули меня за крылья, а я как раз сложил их, чтобы отдохнуть. Надо мной теперь все смеются и говорят, что я никого не способен напугать…

[...] Увидев его [ребенка], дракон от радости так зашипел, что перепугал обступивших его детей и они разбежались врассыпную. Тогда дракон с печальным видом поведал ему свои сомнения.
“Я сам не свой. Не могу понять, в кого я превратился”. Слезы крупными каплями навернулись ему на глаза, потерявшие свой блеск, потускневшие и поблекшие. “ Благодаря тебе я стал размышлять о своем поведении. Я и правда не плохой и не хочу быть плохим. Но раньше, когда я вел себя плохо, меня признавали. Люди боялись меня, моей силы, моего пламени, моего ужасного шипения. Боялись ко мне подойти. Меня уважали. А вот теперь…”
Ребенку передалось драконово горе.
“А теперь…?”
“Мне стыдно признаться, но вот как раз на днях ... ко мне подошел мальчик. Я ведь стал добрым и спокойным, так он принялся тянуть меня за хвост. А другому захотелось всунуть пальцы мне в ноздри, откуда в былые дни изрыгалось ужасное пламя. А кто-то ещё придумал себе игру - расправлять мои крылья в тот момент, когда я их складываю, чтобы отдохнуть. В общем теперь все надо мной насмехаются и говорят, что меня никто не боится…”. [...]

[...] Дракон обрадовался его [мальчика] новому появлению, и, по этому поводу, испустил шипение, которое навело такой ужас на многих, окружавших его, что последние убежали все сломя голову. Разумеется, мальчик остался на месте. И тогда дракон, взгрустнув, признался ему в своем смятении.
"Я -больше не я: больше не знаю, кем являюсь", сказал он мальчику. И крупная слеза при этом текла с глаз, которые больше не сверкали, но стали мутными и водянистыми. "Ты заставил меня задуматься над моим поведением. Это правда, я не злой. И не хочу таким быть. Однако, когда раньше я себя вел, как будто я злой, меня признавали. Люди боялись меня, моей силы, моего огня, моих шипений. Они не подходили ко мне. И уважали меня. А теперь..."
Мальчик почувствовал скорбь дракона.
"А теперь...?"
"Мне стыдно в этом признаться. Но на днях, только представь... Какой-то парень ко мне подошел. И, поскольку я продолжал себя вести миролюбиво и тихо, он тянул меня за хвост. А вот другой всё пытался засунуть мне пальцы в ноздри, откуда когда-то я извергал огонь. Есть ещё некоторые, которые вообще поигрывают с моими крыльями: пытаются их расправить, когда я их держу в свернутом виде для того, чтобы отдохнуть. Одним словом, все уже издеваются надо мной, говорят, что ни для кого я не страшен..." [...]